* * *
Какой бы ни казалась длинной
Земная наша жизнь, но все ж
Всех не пройти ее тропинок,
И всех лучей не соберешь.
На все улыбки не ответишь:
Ни издали, ни сближены.
О, Боже! — хорошо на свете,
Но видно там нужнее мы.
Завидовал всегда я птицам,
Хотя за мною крался страх.
Коль с жизнью суждено проститься,
Вот бы с улыбкой на глазах.
* * *
Что же я расскажу вам о лете?
Опишу каждый лист, каждый ствол?
Лета я почти не заметил:
Потому, что пахал, словно вол.
Часть заботы, я кажется, сбросил,
Но в листве желтизны есть следы.
Что смогу рассказать про осень?
Разве что — очень много воды.
* * *
Да и раньше тоже свара —
По России колесом:
Шуйский лез на трон недаром,
Словно под корягу сом.
И Лжедмитрий тоже жаждал
Сцапать власть, да слаб кишкой:
Из окна, его — однажды,
Вышвырнули вниз башкой.
А красавица Маринка
(Ах, корона снилась ей).
Если б можно было только —
Вышла бы за двух царей.
Стоит ли в те двери стукать,
Сердце превращая в лед?
Власть — гнусавейшая штука,
Хоть и денежки дает.
* * *
Был человек, и, вот, не стало, —
Как будто сквозь песчинки дождь;
Его не видно у вокзала,
У гастронома не найдешь.
Промелькивал на перекрестке,
В шуршании шин и в тишине,
И пиджака его полоски
Запомнились не только мне.
А может он махнул с Урала
(Любой, кто хочет — уезжай).
Был человек, и, вот, не стало,
А ты здесь стой — воображай.
* * *
Юность улетела — вот такое дело,
А душа остаться молодой хотела.
А душа остаться молодой желала.
Разве так бывало? Разве так бывало?
* * *
Линии на ладони:
Начало здесь, здесь — устье.
Кто эту жизнь понял —
К звездам взлетает пусть он.
Вот ты скучаешь, маешься.
В дамках, а то в мате.
Ладно - не понимаешь
Этих всех хиромантий.
Жив, ну, и Слава Господу!
Завтра? Опять — в просчете.
Все мы здесь только гости.
Не верите? В звёздах прочтете.
* * *
Быть рабом иль принять смерть.
Быть рабом — это значит жить,
Глянец глаз чьих-то жадно любить,
На спешащую воду глядеть.
Быть рабом — искать дома тепло;
Быть рабом — отломить хлеба кус.
Мир зазвездный, ты думаешь, пуст?
И не будешь ты там рабом?
* * *
Подъезд. Обшарпанные стены.
Кошачьей пахнет требухой.
И мусор, словно плед расстелен, —
Видочек, скажем, неплохой.
Площадки кто-то подметает,
Но — чистоты на полчаса,
И снова мусор щеголяет,
И влажной грязи полоса.
Прошла замурзанная леди,
Немного выпучив живот...
И здесь, на этаже последнем,
Моя любимая живет.
По этим лесенкам бесстрастным
Пройдут и прочие чины.
Так безобразное с прекрасным
Соседствовать обречены.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : За Христа - Калеников Прохор «Были и лжепророки в народе (иудейском), как и у вас будут лжеучители, которые введут пагубные ереси и, отвергаясь искупившего их Господа, навлекут сами на себя скорую погибель. И многие последуют их разврату, и через них путь истины будет в поношении». 2 Кефы (Петр)2:1-2.
8 Грехами народа Моего кормятся они, и к беззаконию его стремится душа их. 9 И что будет с народом, то и со священником; и накажу его по путям его, и воздам ему по делам его.
Люди заменили поклонение Богу поклонением царице небесной: «Дети собирают дрова, а отцы разводят огонь, и женщины месят тесто, чтобы делать пирожки для богини неба и совершать возлияния иным богам, чтобы огорчать Меня» (Иер. 7:18). Данная традиция настолько прочно укоренилась в то время среди народа Божия, что в ответ на предложение вернуться к поклонению истинному Богу пророк Иеремия услышал следующее: «Слова, которые ты говорил нам именем Господа, мы не слушаем от тебя; но непременно будем делать все то, что вышло из уст наших, чтобы кадить богине неба и возливать ей возлияния, как мы делали, мы и отцы наши, цари наши и князья наши» (Иер. 44:16,17)
